В конце января министр финансов Элизабет Свантессон выступила в поддержку изучения положительных и отрицательных сторон принятия евро. «Мир меняется, меняется и ЕС, – указала Свантессон в ходе дебатов в парламенте. – Мы также должны осмелиться оценить, изучить, проанализировать это в лучших интересах Швеции, шведских домохозяйств и шведского бизнеса». Она, впрочем, подчеркнула, что никакие изменения не будут предприняты «через голову шведов» – а общественное мнение пока склоняется к поддержке кроны. По опросам лишь около трети выступают за переход на евро – вот только десятилетие назад их было намного меньше.

Пока обсуждение этого вопроса находится на ранней стадии, однако заметен сдвиг в подходах к проблеме. Если, например, в ходе референдума 2003 года (когда шведы евро отвергли) в фокусе внимания были чисто экономические достоинства кроны, то сейчас к проблеме добавилось геополитическое измерение. Действия и риторика президента США Дональда Трампа вместе с опасениями в отношении других великих держав заставляют обратить особое внимание на потенциальную уязвимость сравнительно небольших экономик. По мнению депутата от Либеральной партии Сесилии Рённ, «мы укрепляем нашу оборону вместе с партнерами по ЕС, однако до сих пор стоим «в дверях», одной ногой на улице, так как не являемся частью сотрудничества в валютной сфере».

Стокгольм подталкивают и соседи из Финляндии. «Давайте посмотрим правде в глаза – по отдельности мы маленькие игроки, но вместе мы сможем прыгнуть выше головы», – говорил в октябре глава финского ЦБ Олли Рен.

Предполагается, что принятие евро укрепит связи Швеции со странами ЕС (на страны союза приходится около 60% шведской торговли товарами).

Известный шведский экономист Ларс Кальмфорс возглавлял правительственную комиссию, изучавшую возможность принятия евро перед референдумом 2003 года. Тогда он не без скепсиса оценивал потенциальный выигрыш. Комиссия в итоге рекомендовала воздержаться. Теперь же мнение Кальмфорса изменилось. Он обращает внимание как на сильно изменившиеся геополитические факторы, так и на все большую привлекательность превращения в одну из стран «ядра» ЕС. «Это поможет нам в расширении сотрудничества с Европой, в чем мы, по-видимому, нуждаемся», – указывает Кальмфорс.

Он обращает внимание и на собственно экономические факторы:

позитивные эффекты в сферах торговли и иностранных инвестиций для стран еврозоны оказались более выраженными, чем он полагал в 2003 году;

шведский бизнес-цикл все в большей степени синхронизирован с происходящим в еврозоне, так что независимая монетарная политика теперь менее необходима;

в любом случае, уровень задолженности Швеции низок, так что правительство при необходимости может активно применять инструменты фискального стимулирования.

По мнению Кальмфорса, если решение будет принято, то для перехода может потребоваться около четырех лет.

Представители бизнеса полагают, что относительно высокая волатильность шведской кроны негативно отражается на рынке. Финансист Кристер Гарделл из Cevian Capital раньше вообще называл крону «паршивой маленькой валюткой» и по-прежнему выступает за переход к евро. «Маленькая, неликвидная и волатильная крона – негативный фактор для шведской индустрии», – подчеркивает он.

Главный экономист Business Sweden Лена Зеллгрен более осторожна. Собственные валюта и центробанк хорошо служили Швеции и шведскому экспорту в течение длительного времени. Однако правила игры на мировой арене меняются. «Поэтому в более долгосрочной перспективе мы должны изучить наилучшие варианты», – признает она.

На самом деле введение евро выгодно исключительно глобальному капиталу, который и подталкивает к этому. Лишних купюр, однако, напечатать можно же… В каждой стране, введшей единую валюту, общее состояние населения ухудшилось. Но с помощью подконтрольных медиа местные лоббисты у власти немедленно объявляют злейшими врагами и предателями родины всех, кто позволит себе хоть на йоту усомниться в необходимости преклонения колен пред златоевровым тельцом. Поэтому дальше – промолчим: пусть викинги сами засовывают свои головы в свои же петли. Мы-то уже там по самое — только кончик хвоста на поверхности торчит чуток…