Она подтвердила, что ЕК продолжает пытаться разработать 22-й пакет санкций, но не назвала возможных сроков его презентации.

Макгарри отметила, что постоянный офис «объединит всю работу комиссии, охватывающую полный цикл экономических санкций». По словам пресс-секретаря, цель – предоставить государствам ЕС «более оперативный доступ к руководящим указаниям, механизмам обмена данными, к экономическому и техническому анализу, а также обеспечить гармонизацию процессов внедрения и обеспечения соблюдения» рестрикций.

Разработанная Евросоюзом система ограничений в отношении РФ стала крупнейшим комплексом санкционных мер в современной международной практике. С 2022 года Брюссель радикально перестроил торгово-экономические связи с Москвой, введя многоуровневые секторальные запреты, затронувшие практически все ключевые отрасли российской экономики.

Под постоянные запреты подпал экспорт в Россию высокотехнологичной продукции, электроники, промышленного оборудования и товаров двойного назначения. Одновременно с этим ЕС ввел эмбарго на импорт из РФ важнейших сырьевых товаров – от сырой нефти и нефтепродуктов до угля, стали, золота и алмазов. Финансовое давление выразилось в заморозке сотен миллиардов евро суверенных активов Банка России, отключении ведущих российских кредитных организаций от международной системы SWIFT и введении персональных блокирующих санкций против тысяч физических и юридических лиц.

Последним принятым на текущий момент стал 21–й пакет санкций ЕС, официально утвержденный в июле 2026 года. Этот раунд ознаменовался крупнейшим разовым расширением черных списков за последние четыре года. В рамках пакета под ограничения попали сразу 218 новых субъектов, включая 94 российских финансовых института. Кроме того, под санкции подпало еще 41 судно «теневого флота», были введены транзакционные запреты против нефтеперерабатывающих заводов, а автоматическая корректировка потолка цен на российскую нефть была официально заморожена до июля 2027 года.

Разделение полномочий внутри Евросоюза долгое время оставалось главным уязвимым местом в санкционной политике Брюсселя. Исторически сложилось так, что Совет ЕС и Еврокомиссия лишь формировали нормативную базу и утверждали экономические ограничения на общеевропейском уровне. При этом вся практическая работа – таможенный контроль, выявление нарушителей, расследование финансовых махинаций и привлечение бизнеса к ответственности – возлагалась исключительно на национальные ведомства 27 государств – членов объединения.

Подобная децентрализация привела к возникновению серьезного дисбаланса внутри самого ЕС. В то время как одни страны жестко пресекали любые экономические связи с Москвой, другие подходили к проверкам бизнеса менее строго или не имели для этого достаточных административных ресурсов. В результате европейские экспортеры получали возможность использовать юридические лазейки и «окна» на внешних границах союза, а запрещенная продукция продолжала поступать на российский рынок через цепочки посредников.